Британская империя

Говорят, из пригоршни праха нас всех
Преблагой Господь сотворил.
Этот прах, пусть и впал в первородный грех,
Закалился в огнях горнил.

И когда в пучину могильной тьмы
Канут всех живых имена,
«Мы – Империя», – скажем со смехом мы,-
«И к упадку клонится она».


Перевод Евгений Туганов


Взято на http://www.stihi.ru/2007/07/13-1487

Песня сэра Найджела

Клинок! Клинок! Мне дайте клинок.
Идем в опасный поход.
Пусть рвы глубоки, ворота крепки.
Но сильный все превзойдет.
Пусть со злой судьбой предстоит мне бой -
Мой плюмаж выше стен взлетит.
Все замки отопрем мы стальным ключом.
Или знайте, что я убит.

Коня! Коня! Мне дайте коня.
Пусть умчит он меня в края,
Где кипит война, кровава, страшна,
Но славу стяжаю я.
Направим мы бег от лени и нег,
Вливающих в жилы яд,
По тропам крутым, где слезы и дым.
Но сердце надежды пьянят.

И дух мне в грудь вложите такой.
Чтоб я не бледнел в бою;
Чтоб, ясен и смел, одного хотел -
Честь умножить свою:
Чтоб был терпелив, и, в схватку вступив.
Хранил спокойствие в ней,
И страх презирал, и чело склонял
Лишь перед дамой своей.

Песня сэра Найджела

О меч! О меч! О, дай мне меч!
   Свет деяний великих ждет.
Пусть дорога крута и дверь заперта,
   Храбрец в нее войдет.
Пусть Случай и Рок сохраняют порог,
   Я ключ железный найду.
Стяг взовьется мой над зубчатой стеной,
   Иль доблестно я паду.

О конь! О конь! О, дай мне копя!
   Пусть туда он меня умчит,
Где искус трудней, где бой тяжелей,
   Где Смерть беспощадней разит.
Охрани мои дни, да не полнят они
   Ядом неги и лени мне грудь.
И на подвиг открой, я молю, предо мной
   Слез и гнева тернистый путь.

О сердце! О сердце! О сердце мне дай!
   Пусть твердым пребудет оно.
Готовым на бой выйти с Судьбой,
   Отваги и чести полно.
Все сумеет свершить, хоть не будет спешить,
   Назначив себе свою часть.
Не зная цепей, только дамы своей
   Над собой признавая власть.


Перевод И. Г. Гуровой

Строители империи

Темпл, отважный капитан,
        Взял с собой свою собаку.
"За заслуги" орден дан,
        За давнишнюю атаку.
Малярию он схватил
        Вместе с орденом однако…
Он отважный капитан.
        Рядом с ним бежит собака.

Кокс - политик, полиглот.
        Он с моноклем, в лучшем виде -
Кланов закка-хель оплот
        И наставник всех африди.
Вечно шляется в горах
        В одиночку и при гиде…
Дипломат и полиглот,
        Денди в самом лучшем виде.

Хокинс - молод и ершист,
        Вулижда питомец смелый,
Как любой артиллерист,
        Знает: пушки - это дело!
Остальное - пустяки,
        Лишь бы пушка загремела…
Юн, задорен и ершист -
        Он щенок, но очень смелый.

Восемьдесят ворчунов -
        Томми, бравые солдаты.
"Бунервал - он кто таков?"
        "Бунервалы трусоваты!"
"Эх, тащиться нам в Читрал!"
        "Не подать ли кэб, ребята?"
Восемьдесят ворчунов -
        Наши храбрые солдаты.

Смуглолицых гурхов ряд -
        Веселятся, словно дети,
Знать, что ждет их, не хотят,
        И к чему им знанья эти?
Раз сиркар велит - идут,
        Резво встали на рассвете.
Гурхов топает отряд,
        Простодушных, словно дети.

Вот пенджабские стрелки,
        Бородаты, черноусы.
Все стройны и высоки,
        И в сражении не трусы.
Если грохнет вдруг джезайл,
        Вскинут вмиг ружье индусы.
Превосходные стрелки,
        Все стройны и черноусы.

Вьется тропка, путь нескор,
        Ветерки по склонам веют.
Выси гималайских гор
        На закате розовеют.
Топают упорно вверх,
        Зерна будущего сеют…
Склоны круты, путь не скор,
        Гималаи розовеют.

Орден "за заслуги" ("За выдающиеся заслуги", The Distinguished Service Order - DSO) - учрежден королевой Викторией в 1886 году. Им награждали за храбрость в бою, причем как правило старших офицеров - то, что он есть у капитана, подчеркивает его выдающуюся отвагу.
Африди, закка-хель - пуштунские племена.
Вулидж (Woolwich) - зд. военная академия в Вулидже, ныне муниципальном районе Лондона.
Бунервалы - жители местности Бунер в нынешнем Пакистане.
Гурхи - непальцы, служащие в британской армии.
Сиркар - начальник
Джезайл - длинноствольный кремневый мушкет, оружие пуштунов. Именно из джезайла был ранен в Афганистане доктор Ватсон, у которого ныла эта старая рана к дурной погоде.

Декабрьский снег

Лишь раз в году способен мир цвести,
Каштаны распускаются лишь раз;
Но, друг мой, о весне ты не грусти,
Ещё зима не отнята у нас.
Свои цветы сорвали мы давно,
Декабрьский снег летит в моё окно.

Но радостей зима не лишена,
Тишайших, нежных, мимолётней сна;
Пусть снег лежит на наших волосах,
Но не в сердцах, мой друг, но не в сердцах.
Мне мил весны стремительный разбег,
Ещё милее наш декабрьский снег.

Да, это было много лет назад,
Но для меня как будто бы вчера:
Несмелые слова, твой робкий взгляд,
Под старой ивой наши вечера.
Я только прозревал. В наш юный век
Что знать могли мы про декабрьский снег?

Но время как безжалостный палач
Вершит свою работу – плачь не плачь.
И в волосах твоих, темней чем ночь,
Искрится белый иней. Как помочь?
А мальчик с девочкой, которых мне так жаль,
Нам улыбаются сквозь снежную вуаль.


Перевод Д.В. Ушковой

На посещение сиротского приюта

На сцене – драма. Сеть интриг.
В перчатках лайковых мерзавец.
Обобрана невинность вмиг,
Вздыхает, слезы льет терзаясь.

А положительный герой,
Ступает гордо и вещает,
За добродетель он горой,
И зритель все ему прощает.

Но эта драма – здесь, сейчас,
К ее завязке Смерть причастна.
В ней – явь, открытая для глаз,
Финал – счастливый ли, несчастный?

А роль героя-молодца?
Сыграй ее – но не на сцене.
И ты сиротские сердца
Согреешь, выведя из тени.


Перевод Андрей Кротков

При посещении сиротского приюта

На сцене - драма. Сеть интриг.
В перчатках лайковых мерзавец.
Обобрана невинность вмиг,
Вздыхает, слезы льет терзаясь.
А положительный герой,
Ступает гордо и вещает,
За добродетель он горой,
И зритель все ему прощает.

А эта драма – здесь, сейчас,
К ее завязке Смерть причастна.
В ней – явь, открытая для глаз,
Финал – счастливый ли, несчастный?
А роль героя-молодца?
Сыграй ее – но не на сцене.
И ты сиротские сердца
Согреешь, выведя из тени.


Перевод Евгений Туганов


Взято с http://www.stihi.ru/2007/07/13-1487

Признание на седьмом десятке

Пусть года протекли,
Мы с тобою прошли
Целый век – не припомнить, что было;
От младенческих лет
Через юный расцвет
Нас любовь берегла и хранила.
Наша юность была светла, весела,
Мы по царскому шли пути;
Под тридцать лет
Мне было, мой свет,
А тебе – девятнадцать почти.

Свет сменяется тьмой,
День – ночью глухой,
И Земля свершает свой бег,
И на лицах – след
Миновавших лет,
Метки – те, что оставил век.
Остудили ли сердце твое года?
А моя любовь велика.
Шесть десятков лет
Мне нынче, мой свет,
А тебе – за тридцать слегка.


Перевод Андрей Кротков

Речь шестидесятилетнего

Пусть года протекли,
Мы с тобою прошли
Целый век – не припомнить, что было,
От младенческих лет
Через юный расцвет
Нас любовь берегла и хранила.
Наша юность была светла, весела,
Мы по царскому шли пути,
Под тридцать лет
Мне было, мой свет,
А тебе – девятнадцать почти.

Свет сменяется тьмой,
День – ночью глухой,
И Земля свершает свой бег,
И на лицах – след
Миновавших лет,
Метки – те, что оставил век.
Остудили ли сердце твое года?
А моя любовь велика.
Шесть десятков лет
Мне нынче, мой свет,
А тебе – за тридцать слегка.


Перевод Евгений Туганов


Взято с http://www.stihi.ru/2007/07/13-1487

Поручение

Седлай коня, хлестни кнутом
И шпорами попотчуй!
Стрелою мчи, стремглав скачи
Землею скудной отчей!

У старца Дункана спроси,
В сторонку поманя:
Какую дочь отдать не прочь
Он замуж за меня?

Коль ту, чьи волосы темны –
Назад во весь опор!
О той, чьи волосы светлы,
Ты сладишь уговор.

А на обратном на пути
Веревку попрочней
Ты в шорной лавке прихвати –
Назад вернешься с ней.


Перевод Андрей Кротков

Взято http://www.poezia.ru/article.php?sid=68118

Эхо (по мотивам Гейне)

Оружный рыцарь держит путь
Меж мрачных гор-громад.
«Что ждет меня – любимый взгляд
Или могильный хлад?»
И эхо молвило в ответ:
«…могильный хлад».

Он устремляется вперед,
И взор его угас.
«Я знаю – смертный час грядет,
Так пусть грядет сейчас!»
И вторит эха слабый глас:
«…грядет сейчас».


Перевод Евгений Туганов


Взято с http://www.stihi.ru/2007/07/13-1487

Советы молодому сочинителю

Терпеливо
Жди прилива,
Всё наладь:
Снасть и кладь.
Умный шкипер -
С грузом клипер,
Трюм набит -
Путь открыт.


Дух унылый
Не насилуй,
Хлад в груди
Пережди:
Дай скопиться
По крупице
Тишине,
Глубине.
Глядь – усталость
Прочь умчалась,
И рука
Вновь легка.


Критик хвалит,
Критик жалит -
Не беда,
Ерунда.
Критик злится,
Веселится -
Брось, наплюй,
В ус не дуй.
Делай смело
Свое дело!


Перевод Марина Бородицкая

Опубликовано в журнале: «Иностранная литература» 2008, №1